Обитель жнеца
Добро пожаловать! ^_^
Привет, Гость
  Войти…
Регистрация
  Сообщества
Опросы
Тесты
  Фоторедактор
Интересы
Поиск пользователей
  Дуэли
Аватары
Гороскоп
  Кто, Где, Когда
Игры
В онлайне
  Позитивки
Online game О!
  Случайный дневник
BeOn
Ещё…↓вниз
Отключить дизайн


Зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
   

Забыли пароль?


 
yes
Получи свой дневник!

Обитель жнецаПерейти на страницу: « предыдущуюПредыдущая | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | следующуюСледующая »


суббота, 2 июля 2011 г.
Киса! Жнeц 17:48:05
Предисловие.


Грел только что вышел из ванной комнаты своей съёмной квартирки. Не успел он вытереться, как за спиной раздался грубый голос

— Не с места!!! – щелчок предохранителя.

Грелль обернулся. Светлый мужчина лет 35 в коричневом длинном пальто, наставил на «полуголого и беззащитного» жнеца пистолет.

— А, это вы… — Алый жнец его сразу узнал. Это частный детектив. Его нанял богатый купец… Который думал что Грелль повинен в смерти его возлюбленной жены… А ВОТ ДОКАЖИ ИМ, ЧТО ОН ПРОСТО ПЛЁНКУ ЗАБРАТЬ ПРИШЁЛ!!!! (он пытался… ему не поверили.)

— Не двигайся! – продолжил детектив.

— Да стою я, стою…

— Руки вверх! Чтобы я их видел и на выход! – На своё горе приказал следопыт.

Грел человек рыжий… а значит бесстыжий, что собственно и продемонстрировал. Сатклифф с невинным личиком поднял руки, и махровое, сиреневое полотенце ( с розовыми сердечками ХЪ) – единственная вещь которая была на жнеце, ухнулось на пол…

— Можно выходить? – Съязвил жнец. Грелль давно уже забил на попытки заиграть и отвязаться натурой.

Детектив закатил глаза, затем дернул пистолетом в лево и обратно – Оденьтесь.

— Как скажешь зайчик!!! – Только Грелль дотронулся до полотенца, как рядом с ним просвистела пуля.

— Без резких движений! – Рявкнул мужчина.

Грелль только тяжело вздохнул. Медленно встал, завернулся в полотенце. Шаг в сторону стула с одеждой, и снова пуля просвистела рядом со жнецом.

— Тебе и этого хватит! В СкотлондЯрде тебе выделят пару тряпок.

— Какие же вы мужики сложные. Задолбал. У меня сегодня ещё 2 души на очереди… и Гоморру покормить надо.

— Не знаю что за бред ты несёшь! Ты псих! Неуравновешенный маньяк, который возомнил себя посланником смерти…Не бойся, там куда я тебя отвезу, о тебе позаботятся. Теперь тебя ждёт отдельная камера смертника… — Грелль снова тяжело вздохнул, закатил глаза, и перебивая своего «гостя», продолжил.

— Гоморра – это моя кошка…

— Типично для шизофреника… — процедил сквозь зубы детектив.

— Кстати о ней!!! ГОМОРРА ФАААААС!!!!

НУ СЕБАСТЬЯНЧИК!!!!


Себастьянчиииииииии­ииик!!! – пропищал Грелль на всё поместье ФантомХайв.

— Мне его вышвырнуть или желаете принять… — Себастьян не успел договорить, как в кабинет влетел красный жнец.

— Привет Себас-тяяян! – Грелль приветливо помахал ручкой. – Да и вам тоже. – добавил он взглянув на Сиеля.

— Себастьян, вышвырни его от сюда. – Граф остался равнодушен.

— Фууууу!!! Как грубо с леди!!!

— Да мой господин…

— Э-э-э не горячись – Себастьян поднял жнеца за шиворот.

-Да я по делу!!!! Правда!

— Ладно, говори. – Сиель скрестил руки. – У тебя 5 минут.

— Да мне хватит! Ау! – Шлёпнулся на пол Грелль, когда дворецкий выпустил его рубашку из своей железной хватки. – Себастьянчик! Как грубо!

— четыре с половиной – Напомнил граф.

— Да-да-да. Так вот! Я завёл кошку, была маленькой проблем не было, а сейчас чего-то соседи начали возбухать! Особенно Уилли… подумаешь разок нагадила под его дверьми… Расцарапала кожаную обшивку двери Долкенов… и бла-бла-бла! Да и фиг с ними. Короче пришлось квартиру здесь снимать….а в Лондоне… у меня не большие проблемки… Не могли бы вы кошку взять на некоторое время??? Себастьянчик! Ты же кошатник!!! – Седевший на полу до этого, жнец обнял ногу дворецкого, и большими умоляющими глазами смотрел с низу вверх. – НУ СЕБАСТЬЯНЧИК! Ты же любишь кошек!!!!

Себастьян брезгливо посмотрел на Грелля

– Это не мне решать – и уже 2 жалостливых взгляда давили на терпение графа.

— Себастьян… — С тяжелым вздохом начал Сиель — Я разрешил тебе иметь не более 3-х кошек… 1 у тебя есть… можешь взять кошку Грелля Сатклиффа… Но что б они мне не мешали… а если наплодят котят… разбираться с ними будешь сам!

— Да господин. – Себастьян мило улыбнуся.

— УРРРРРРРРРРРРРААААА­А! – Подпрыгнул Грелль и ринулся к двери – Гоморра! Ко мне девочка!!!!

— Кхем…Гоморра? – Поперхнулся чаем граф.

— Типично… Вы в своём репертуа… — Не договорил Себастьян его перебили крики. Сначала вопль Финни из сада, потом крики Мейлен (сопровождающиеся звуком чего-то разбившегося) и матом Барта. Через несколько секунд в кабинет впрыгнула молодая тигрица, повалила жнеца, и стала вылизывать ему шею. Тот потрепал её за ухо, поднялся, и держа Гоморру на руках произнёс…

— ПРАВДА ОНА ПРЕЕЕЕЛЕСТЬ!!!

Сиель – 0_о

Прослуга – Х_Х

Себастьян – Какая большая киса…


Категории: [Не мои фанфики], [Фанфики по Kuroshitsuji], [Киса!]
комментировать 1 комментарий | Прoкoммeнтировaть
Кукла Жнeц 17:42:02
Год. Мучительный год. Столько времени тебя нет рядом. А всё из-за глупой болезни. Почему я не смог тебя вылечить? Почему не пришёл тогда, когда нужно? Почему я не успел сказать тебе три заветных слова? Почему жизнь забирает близких мне людей? И никто не даст ответы на эти вопросы... Сначала ушёл Себастьян, а после умер ты…. А ведь ты сам хотел смерти. Думал, что ты никому не нужен. Но ведь ты мне нужен был. Всегда. И ты скрывал, никому не говорил, что всего один градус— и нет тебя. Всё это время я места себе не находил. Незаметно плакал днём, и тихо истерил ночью. Без тебя жизнь-ад, из которого не выбраться. А может…а может принять предложение Дорселя? Той ночью, в его дворце, он сказал, что из меня выйдет чудесная кукла. На тот момент у меня было всё, и я, конечно, отказался быть его марионеткой. А теперь мне нечего терять. Открыв портал и зайдя в него,я очутился перед твоей лавкой. Медленно открываю дверь и заглядываю в щёлку. Дорсель, заметив меня, встал со стула, отложив куклу в сторону, и поклонился.
— Здравствуйте, мистер Сатклифф. Что привело вас сюда? Хотите приобрести куклу, или хотите сами стать ею?
— Последнее. – говорю я дрожащим, но уверенным голосом, опустив голову вниз, пройдя в лавку и закрыв за собой дверь. Кукольник пошёл в комнату и сказал пройти за ним. И я пошёл,в последний раз вспомнив всю мою жизнь со слезами на глазах.
На следующее утро на прилавке стояла симпатичная кукла с красными волосами и в платьеце такого же цвета. Но кукольник никому не продавал её. Потому что она была единственной, у кого на щеке застыла хрустальная слеза…


Категории: [Не мои фанфики], [Фанфики по Kuroshitsuji], [Кукла]
комментировать 1 комментарий | Прoкoммeнтировaть
В последний раз... Жнeц 17:39:00
Взмах — и бензопила пролетела в миллиметре от лица Себастьяна. Еще взмах — и кровь из неглубокой пока раны яркой струйкой брызнула в воздух...
Их схватка с 1/2 Джека Потрошителя продолжалась уже довольно долго и, охваченные азартом, демон и жнец ушли далеко от места их роковой встречи... Силы обоих были на исходе, но у алого жнеца их явно оставалось меньше, хоть он и не прекращал выкрикивать свои пошлые шуточки. "Актриса, черт возьми..."

Когда Себастьяну удалось, наконец, лишить жнеца его главного оружия — косы смерти, в интерпретации бензопилы, он понял, что победа его. Грелль висел, поднятый в воздух, дергал ногами и смотрел печально. А может, это была просто маска... Выглядел он не лучшим образом: волосы растрепаны, очки перекосились, кое-где стекает кровь...
"А это, однако, не делает его менее... Менее.. Хм." — демон не стал заканчивать мысль. Такие думы могли и помешать выполнению задания. Чего не будет. Никогда.
— Себастьянчик, ты... Ты теперь меня убьешь, да? — жалобно осведомился Грелль, а демон только усмехнулся. Был приказ — значит, надо исполнять. Господин сказал избавиться, а значит, никакие печальные глазки не помогут.
— Ты удивительно прозорлив, Сатклифф. Это наша с тобой последняя встреча, — жнеца хорошо тряхнуло в воздухе.
— Себастьянчик! Ну, может, может на прощание... Ты же не убьешь леди просто так! — жнец говорил, срывающимся голосом. "Надо же, он и голос такой делать умеет... На прощание? Я понимаю, о чем он... "Сделай мне ребенка!" "Как жаль, что ты Себастьянчик..." Трудно было не понять недвусмысленные намеки жнеца. Демон усмехнулся снова. "И о чем думает этот красноволосый? Что я сжалюсь?"
— Ну Себас-тяяян! Ну, пожалуйста, ну тебе ведь не трудно! — жнец захлопал накладными ресницами. Это выглядело так комично, что демона... А может, и вовсе не поэтому его вдруг посетила совершенно безумная мысль: "А почему бы и нет? Он красив... Тонкая талия, длинные ноги... И главное, так беззащитен... Может, почувствовать его своим..? Перед смертью." И Грелль в то же время не унимался:
— А как же последнее желание? А как же... Неужели убьешь меня просто так? Ну, Себастьянчик, только один раз! — кажется, красноволосый собрался плакать? Или это просто неудачное отражение луны в его зрачках... — Себас... — жнец не успел договорить. Горячие губы на его губах, металлический привкус крови — он сам нанес демону эти раны...
— Получай свое последнее желание... — хищный рык возле уха жнеца, какая-то холодная поверхность под ним. Кажется, Михаэлис повалил его на землю, но не останавливался. Разбирался тонкими пальцами с маленькими пуговичками на жилете жнеца, потом не выдержал, и ненужный предмет одежды полетел в сторону, разорванный напополам.
— Себастьянчик, а может я..? — тихий вопрос жнеца и что-то, похожее на улыбку на губах демона.
— Лежи, пока я не передумал, — прошелся языком по щеке Грелля, словно пробуя на вкус, просунул руку под рубашку, погляживая торс ледяными пальцами и вырывая у алого первый стон. Вскоре, рубашка отправилась вслед за жилетом, и демон смог прикоснуться губами к груди жнеца. Взял в рот один сосок, облизал, не спеша начал покрывать поцелуями торс. "Что-то не то я делаю..." — промелькнула у него в голове мысль, но быстро, как и появилась, исчезла оттуда.
— Себастьянчик... А там..? — полувопросительно сказал жнец, качнув бедрами. Но Себастьян не спешил. Играть так играть. Поднялся вверх, пощекотал кончиком языка чувствительную впадинку над ключицей, прикоснулся губами к шее красноволосого. Один поцелуй, другой... Жнец уже весь изнывал. Приподнялся, потерся пахом о живот демона, нависшего сверху, недвусмысленно давая понять, чего он ждет. Михаэлис заглянул в глаза красноволосому и провел рукой по плоти жнеца сквозь ширинку. Грелль коротко простонал и прошептал, глядя из-под ресниц:
— Да..
Демон, умеющий прекрасно владеть телом, сам долго не выдержал. "Раны сказываются..?" Перевернул жнеца на живот, наполовину спустил штаны и расстегнул молнию на своих. Облизал один палец и плавно вошел им в Грелля. Тот коротко вскрикнул, и напрягся с непривычки сопротивляясь чужеродному предмету в нем. Но вскоре привык и сам потребовал большего. "А что я с ним церемонюсь?! Все равно убивать." — подумал вдруг разгоряченный демон. Палец моментально заменил член, бывший уже давно в "боевой готовности".
Зря. Грелль закричал, теперь уже от боли.
— Себастьянчик! Зачем так сразу?! Зачем?!
— Тише, тише же... — горячее дыхание прямо под ухом — Сейчас привыкнешь...
— Себас-тяяян! Вытащи! — жнец чуть не задыхался от боли.
— Потерпи, ты ведь сам хотел...
Демон задвигался, медленно и плавно, одновременно поглаживая рукой спину Грелля, который потихоньку привыкал.
— Быстрее... теперь быстрее... — крики сменились стонами наслаждения, но демон не спешил. Двигался мучительно медленно, входя в жнеца полностью. Наконец, решил ускорить темп и задвигался резкими толчками. Красноволосый стонал и извивался под ним.
— Себастьян..!
Через пару минут оба были на пределе.
— Давай вместе... — прошептал Михаэлис и через мгновение кончил на спину жнецу, который изливался одновременно с ним...

Красноволосый лежал на земле без сил и улыбался. Не так, как обычно, по "акульи", а счастливо и как-то ... Грустно. Понимал.
— Себастьянчик...
Демон сидел рядом, тоже почти без сил, и смотрел на того, кого сейчас ему придется убить. Такой беззащитный, такой милый... "Стоп."
Демоны не испытывают жалости. Демоны не умеют сочувствовать. Демонам неведомы чувства.
Вот только почему-то убивать это красноволосое создание теперь совсем не хотелось...


Категории: [Не мои фанфики], [Фанфики по Kuroshitsuji], [В последний раз...]
Прoкoммeнтировaть
среда, 29 июня 2011 г.
Решила поиграть в игру, где даются ... Жнeц 18:08:58
Решила поиграть в игру, где даются 5 ассоциаций и их надо описать. Вот что мне дали:

1.) Безумие.
О да, я безумен. :-)­ Я страшно, до неприличия безумен. ]:-)­ Особенно, когда дело касается Себастьянчика. :-D­ Ну больная я на голову, больная, каюсь. :-D­ :-D­

2.) Крик.
Ну тут вообще в точку. Я люблю поорать. На всех, всё и вся, ибо обстановка в моём доме способствует выработке нервного характера. :'(­

3.) Кровь.
А тут даже говорить нечего. Я люблю кровь. Когда она течёт, когда она по стенам разбрызгана, когда лужица из-под двери вытекает... Да, я больная, и я люблю кровь. ;-)­

4.) Ветер.
о_о Вот это не пойму... Почему ветер? Совсем неясно. Буду рада, если давшая мне эту ассоциацию объяснит, почему она мне её дала. :-)­

5.) Борьба.
Постоянно. С надоедливым отчимом, с грёбаными кошаками, со срывающейся на мне мамой, когда у неё плохое настроение, с самой собой... Регулярно. Везде. Всегда.


Категории: [Разное]
комментировать 3 комментария | Прoкoммeнтировaть
понедельник, 27 июня 2011 г.
... Жнeц 15:26:28
­­

Категории: [Картинки]
комментировать 2 комментария | Прoкoммeнтировaть
четверг, 23 июня 2011 г.
Что никогда не скажут персонажи Хеллсинга Жнeц 18:06:39
Шредингер: Почему у меня СОБАЧЬИ УШИ?!
Алукард: Андерсон!Пёс Ватикана!Третьим будешь?
Алукард: А у Интегры нос — почти как у Майкла Джексона.
Алукард никогда не скажет что ему пора к зубному.
Или: Айяйяй,сколько крови*падает в обморок*
Или так: Волтер это пистолет слишком большой!
Интегра: Что же мне сегодня надеть???
Виктория высасывая остатки кровушкм своей жертвы: Ммм,обед сегодня удался)))
Алукард со значком пацифиста.


Категории: [Не мои фанфики], [Фанфики по Hellsing], [Что никогда не скажут персонажи Хеллсинга]
комментировать 1 комментарий | Прoкoммeнтировaть
среда, 22 июня 2011 г.
Время идёт на убыль Жнeц 13:12:27
Уильям Ти Спирс, наверное, все же ненавидит свою работу. Нет, он прилежен, исполнителен, ответственен, в нем, несомненно, есть лидерские качества и стальная хватка, позволяющая держать под контролем весь отдел. Конечно, существуют и исключения, вроде Грелля Сатклиффа, но этот недошинигами — вообще отдельная история, на которую тратить свое свободное время и занимать им своим мысли совсем не хочется.
Будь у него три Сатклиффа, он был бы более спокоен и даже рад, чем вот сейчас, имея подобную ситуацию, неразрешимую проблему, сидящую прямо перед ним. Уилл всегда был умен, даже слишком умен, и знал – из этого выхода нет. Замкнутый круг; змея, укусившая свой собственный хвост; история, которая закончится плачевно или кроваво – ибо такова жизнь.
Эрик сидел прямо перед ним, сжав руки в кулак, отведя взгляд в сторону; казалось, мысленно он где-то совсем не здесь, а ровно через четыре двери, за поворотом направо – в кабинете, где приходит в себя после очередного приступа его напарник.
— Эрик Слингби, — обращает, наконец, на себя его внимание Ти Спирс, — вы нарушили одно из...
— Уилл, заткнись. — Похоже, в кой-то веке его ледяной взгляд и жесткий тон не возымели должного эффекта. Впрочем, Эрик сейчас вряд ли бы что заметил или хоть как-то иначе среагировал, он бы в данный момент даже конца света бы не заметил, не то что… – Ему все хуже. Алан, конечно, молчит, как партизан, улыбается все время, но я-то же не дурак и не слепой, черт возьми! Он бледный, как смерть, не ест почти ничего, дышит-то через силу не то, что работает. Я не могу так больше.
— И что ты предлагаешь? Откажешься от такого партнера? Это же будет так просто, тебе нужно всего лишь написать заявление и все. – Наверное, в такие моменты Ти Спирс ненавидит и себя, и свою работу больше всего.
Уильям знает Алана лучше всех – он помнит его еще с тех пор, как Хамфриз впервые появился на пороге его кабинета, смущенный и чуть испуганный, дрожащим голосом рассказав, что по случайности перепутал отделы и оказался объектом, на котором сосредоточили свои материнские инстинкты все девушки из отдела кадров.
В тот момент холодный и неприступный Спирс едва подавил усмешку, настолько растерянным казался юноша.

Хамфриз всегда даже в чем-то был похож на самого Уильям, разве что он всегда был много теплее, наивнее, честнее и мечтательнее – а не такими должны быть шинигами.
Нет.
Вернее, не такими должны быть шинигами, чтобы суметь верно исполнять свою работу, не сожалея и не колеблясь.

В тот момент он и решил определить его в помощники к одному из самых ярых разгильдяев – Эрику Слингби. Конечно, возможно это и было его самой большой ошибкой, но никогда в будущем Уильям об этом не жалел. Хотя в этом он никогда и никому не признается.
Эти двое, такие разные и совершенно диаметрально противоположные, так легко сошлись и сдружились, становясь все ближе и ближе, меняя друг друга, что удивительно, в лучшую сторону. Равнодушный и никого не любящий Эрик стал внимательнее относиться к остальным, становясь все более чутким; Алан же прекратил всего бояться и смущаться, более открыто начал вести себя с окружающими.
— Ты... — Давится вздохом Эрик, но смолкает; достает сигареты и зажигалку и закуривает. Уилл хочет сказать — здесь не курят, но почему-то молчит. — Есть же лекарство.
— Это запрещено. Уставом, Богом и моральными принципами. Готов ли ты переступить через себя и Алана, чтобы удовлетворить свою прихоть?
— Это не моя прихоть. — Слингби опускает голову, челка закрывает злой отчаянный взгляд, руки его чуть дрожат.
— Твоя. – Ти Спирс чуть отворачивается, смотрит в окно. Теплые краски заката уже чуть лизнули горизонт. – Твоя.
— Я не хочу, чтобы он так страдал. Он этого не заслуживает. Он самое светлое и невинное существо, что я встречал за несколько сотен лет своей жизни. И что, я должен просто так оставить его умирать?
— Эрик Слингби, вы — шинигами. Долг для вас должен быть превыше всего.
— Мне нечего терять.
— А Алану?
Эрик смолкает, давится воздухом и табачным дымом.
— Я не знаю. — Наконец, после долго молчания говорит он. – Я уже больше ничего не знаю.
— Ты еще сам не понимаешь, с каким огнем ты играешь. — Качает головой Уильям, в его голосе стальные нотки все больше обрастают льдом. — Подумай, нужна ли, примет ли Хамфриз жизнь за такую вот цену?
— Но ведь времени почти нет! И вообще что я тут с тобой... Ничего ты не понимаешь! Только и знаешь, что свои бумажки перебирать да о чертовом долге твердить! — Эрик вскакивает, яростно сплевывает на пол, вылетает из кабинета, злобно хлопнув дверью. Да так, что еще несколько минут дребезжат окна в рамах, тихо позвякивает ложечка в фарфоровой чашке.
Уильям каким-то совсем ему не свойственным и беспомощным жестом снимает очки, протирает пальцами глаза, сводя кончики на переносице, и замирает.
Будто ему так легко приходится, будто он не устал видеть эти болезненные вымученные улыбки, черные круги под глазами, рассеянное пожимание плечами на стандартный вопрос «Ну, как ты?»
Он слишком хорошо помнит их первую встречу, когда Алан, будучи еще совсем неопытный и прямым, вдруг заявил:
— Доброго дня, Уильям Ти Спирс. Рад буду работать под вашим начальством и какая же у вас милая вазочка с цветами, ой, извините, я что-то не то сказал. — И замолчал, залился ярко-пурпурным румянцем, открыто улыбнулся, чуть наклонив голову набок.

— Это неправильно. — Отвечает сам себе Уилл, все больше погружаясь в воспоминания.
«Так не должно быть», — Думает он, просматривая папку с пропавшими душами: сейчас их уже ровно восемьсот тридцать девять душ.
— Только успей. — Шепчет он, пряча отчет под кипой других, зная, что так он сможет выиграть для Эрика еще пару-тройку недель. Может даже и месяцев. — Только успей его спасти.

А после – откидывается на резную спинку тяжелого стула и закрывает глаза.
В кабинете тихо тикают часы. Время идет на убыль.


Категории: [Не мои фанфики], [Фанфики по Kuroshitsuji], [Время идёт на убыль]
Прoкoммeнтировaть
Новогодний корпоратив Жнeц 12:54:56
ГЛАВА 1

Зеленые глаза в обрамлении черных очков скользнули к календарю, и из груди образцового работника, руководителя одного из отделов организации «Несущие смерть», Уильяма Ти Спирса, вырвался раздраженный вздох. После этого жнец коснулся пальцами виска, и, прикрыв глаза, стал тихо и отрывисто считать, почему-то в обратном порядке.
— Десять. Девять.
Его кабинет был пуст и тих. Пока пуст и тих.
— Восемь. Семь. Шесть.
Он всегда приходил на работу чуть раньше всех. Во-первых, дабы являться примером и поддерживать свою репутацию – хотя, будем говорить откровенно, за несколько сотен лет не нашлось ни одного внятного последователя. Жнецам, как не прискорбно, ничто человеческое не чуждо – и лень в том числе. Ну а во-вторых, так было гораздо проще держать все под контролем.
— Пять. Четыре.
Всегда. Но не сегодня. Ибо сегодня было 31 декабря.
— Три. Два. Один.
С последней цифрой двери кабинета резко распахнулись, и на пороге нарисовалась его личная головная боль. Грелль прилип к дверному косяку и, игриво водя по нему пальцем, плотоядно воззрился на начальство.
— Уилли…. Ты знаешь, какой сегодня день?
— Пятница. – Спирс был холоден, аки статуя командора.
Актриса соблазнительно улыбнулась:
— Почти, мой неприступный. Но ты забыл, что еще сегодня…
— Грелль Сатклифф, убедительно вас прошу не называть меня подобным образом. – Очки блеснули, и взгляд зеленых глаз Уильяма обратился к красноволосому жнецу. – Это может плохо отразиться на вашей карьере.
— Ах, Уилли, ты такой холодный… — Грелль возбужденно задрожал, и, отлипнув от косяка, обхватил себя за плечи. В его голосе игривость сменилась страстными нотками. – Твой взгляд, он подобен зимней вьюге, что проникает в самое сердце!! Неприступная крепость! Кай, околдованный Снежной Королевой! Но я освобожу твое сердце от этого льда… Позволь мне быть твоей Гердой!!
Герда хищно воззрилась на предполагаемого Кая и совсем не девичьим скачком рванулась к нему… Вернее, попыталась. Неожиданно в открытые двери ворвалась газонокосилка с восседающим сверху Рональдом и сшибла изготовившегося к прыжку Грелля. Наездник лихо спрыгнул со своего «железного коня» и, широко улыбнувшись, торжественно провозгласил:
— Господин Уильям, а вы знаете, какой сегодня день?
Ти Спирс чуть изогнул бровь. «Либо у них одинаковый сценарий, либо все считают меня за идиота». Недовольно вздохнув, он произнес:
— Рональд Нокс, я, кажется, уже говорил вам, что в здании Департамента запрещено передвигаться на рабочих инструментах.
Тут свою лепту внесла и несостоявшаяся актриса. Пропахав носом пол после столь ощутимого толчка, Грелль вскочил, и, пылая праведным гневом, надвинулся на Нокса:
— Мелкий ты паразит, как ты можешь врываться в кабинет к Уилли без приглашения??!
Упомянутый хозяин кабинета едва успел подумать «Уж кто бы говорил», как следующая негодующая реплика лишь подтвердила эту его мысль.
— Это моя привилегия!! Моя! Какого черта ты вообще здесь забыл?!
Рональд, сконфуженный мало того что укором Уильяма, так еще и воплями своего наставника, отвел взгляд и смущенно почесал в затылке:
— Ну… Господин Грелль, вы же сами вчера говорили, что эффектное появление перед человеком – залог успеха и «получения разрешения от этого чванливого осла». Вот я и подумал…
Грелль нервно оглянулся на скептически наблюдающего всю эту сцену начальника.
— Помолчал бы лучше! Что ты подумал, находка для шпиона?? Что я не способен получить разрешение, и решил меня подстраховать? Ты сомневаешься в моих методах?!
— В точку, рыжий. – В кабинет вошли Эрик и Алан.
Увидев их, Ти Спирс поспешно произнес:
— Я знаю, какой сегодня день.
— Правда? – Даже Грелль прекратил свою тираду и вместе со всеми недоуменно уставился на Уильяма. В этих взглядах было столько искреннего изумления, что руководитель отдела невольно поморщился и вздохнул.
— Вы пришли за разрешением на проведение новогоднего корпоратива, верно?
Эрик с улыбкой пожал плечами:
— Тебе не отделаться, Спирс. Другие отделы уже давно разрешения получили, дальше тянуть некуда.
Уильям лишь поправил очки и неохотно потянулся за соответствующей бумагой. Он не любил корпоративы и никогда на них не появлялся, в отличие от других жнецов, которые год за годом повторяли ритуал выпрашивания разрешения. Что хорошего? Шум, гам, алкоголь… И никакого рабочего настроя с утра. Кроме всего прочего, существовала еще одна причина, по которой Уильям избегал ежегодной веселой пирушки.
Начинался ритуал всегда с Сатклиффа – в этом несносный жнец был чертовски пунктуален и исполнителен, ни разу не упуская возможности пококетничать с начальством. Ставя на бумаге свою роспись, Уильям недовольно хмыкнул. Энергию бы Грелля да в мирное русло…
Закончив, руководитель отдела положил бумагу на край стола и демонстративно придвинул к себе стопку документов, после чего углубился в их изучение.
— Вот. А теперь будьте добры освободить мой кабинет. Я еще не закончил итоговый отчет.
Сотрудники отдела переглянулись между собой, но уходить не спешили. Не услышав удаляющихся шагов, Уильям недовольно бросил, не поднимая голову от бумаг:
— Что-то еще?
— У моего Уилли роман с работой. Я ревную. – Грелль обиженно надул губки и скрестил руки на груди.
Рональд недоверчиво уставился на руководителя отдела.
— А вы что, с нами не празднуете?
Усмехнувшись, Эрик повернулся к самому младшему жнецу:
— Сразу видно, парень, что ты новенький. Начальство никогда не сходит до того, чтобы почтить нас своим визитом.
Алан недовольно толкнул напарника локтем в бок, и, выдвинувшись вперед, несмело начал:
— Господин Уильям… — Он запнулся на секунду, но все же продолжил. – Нельзя же каждый год встречать за работой. Вы ведь и так трудитесь больше всех, надо же когда-то и отдыхать…
Ти Спирс оторвался от бумаг и спокойно, но твердо оборвал неуверенную речь:
— Чрезвычайно убедительно, Алан Хамфриз, но вы меня не убедили.
Алан мгновенно стушевался и посмотрел на своего товарища. Встрепенувшись, Эрик пришел другу на помощь:
— Уильям, ну правда, что ты как вредитель-трудоголи­к! Чтобы ты что-то не закончил? Да не поверю! Ты просто ищешь повод, чтобы не праздновать с нами. Значит так… — Он прошел к столу, и, мимоходом забрав бумагу, навис над недовольным столь активной атакой начальником. – Либо ты сейчас бросаешь свои бумажки и идешь с нами, либо мы организуем стол прямо в твоем кабинете. Алан прав, хватит тебе уже работать.
Ти Спирс хотел было возразить, но взглянул на решительные лица своих подчиненных, на сладко улыбающегося Грелля… И понял, что отказ дорого ему обойдется. Стоило только представить, как в его аккуратном, строгом кабинете гудит эта компания…
Начальник раздраженно вздохнул:
— Хорошо. Но имейте в виду, господа…
Господа ничего иметь в виду не хотели. Грелль счастливо взвизгнул, Рональд воззрился на начальство с неподдельным восторгом в глазах, а Алан с Эриком одобрительно переглянулись, после чего Слингби довольно изрек:
— Только учти, Спирс, никакого кислого выражения лица, никаких запретов и никакого отсиживания в уголочке. Это Новый Год все-таки.
«Это-то я и боюсь» — сдаваясь, подумал Уильям.
ГЛАВА 2.

Так повелось, что в организации «Несущие смерть» каждое подразделение отмечало Новый Год самостоятельно, отдельно от остальных. Происходило это потому, что штат был немаленький, и организовать праздник с таким большим количество людей было сложно. Да и к тому же, отдел на то и отдел – в нем все друг друга знают, в нем своя атмосфера и свои порядки.
Алан и Рональд, оккупировав одну из многочисленных приемных, занялись ее подготовкой: сдвинули вместе несколько столов, развесили по стенам вырезанные для этого случая Аланом снежинки, украсили залу мишурой. Через некоторое время в комнату ввалился Эрик, пыхтя под тяжестью разлапистой елки. Грелль немедленно сунулся с вопросом, не использовал ли Слингби для добычи новогоднего атрибута свою косу, и где в таком случае душа несчастного дерева – за что оперативно получил колючей веткой по носу. Когда дело дошло до украшения елки, все дружно посмотрели на самого высокого жнеца отдела. Уильям лишь вздохнул, однако прошествовал к дереву. В заботах сотрудники организации «Несущие смерть» и не заметили, как наступил вечер.
— А где Грелль? – спросил Алан, оторвавшись от обороны салатов, к которым с целью «только попробовать» уже коварно подбирался Эрик.
Ти Спирс, как раз водружавший игрушечного ангела на самую верхушку ели, на секунду отвлекся от своего занятия и неодобрительно произнес:
— Если Грелль Сатклифф вздумал нанести визит этому ничтожеству, этому демону из Лондона… То ручаюсь, весь следующий год он проведет без своей обожаемой косы. Я не желаю в новогоднюю ночь вытаскивать его из очередных неприятностей. – Зеленые глаза скользнули чуть в сторону, и руководитель отдела повысил голос. – Рональд Нокс, это коллекционный шар 1800 года! Только попробуйте разбить его, и я урежу вам зарплату.
Рональд обиженно надулся и отошел от елки, оставив в покое упомянутую игрушку, в которую парой секунд ранее восхищенно гляделся.
— Спирс, не будь занудой. Договорились же. – Эрик с видом охотника тщетно пытался с разных сторон прорваться к праздничному столу, заставленному нехитрой снедью. Остановившись, он возмущенно произнес. – Алан, ну хоть кусочек сыра! Я зверски голодный!
Грозно уперший руки в бока Хамфриз был непреклонен:
— Нет, пока всех не будет. Прояви уважение!
— А ты прояви сострадание!
Вдруг от двери раздался сладко тянущий слова голос:
— Ах… Не ссорьтесь, детки… Ведь к вам пришел символ Нового Года!
Все жнецы обернулись на голос и потрясенно замерли. В дверном проеме стоял Грелль, одетый во все красное. Но это был отнюдь не его обычный наряд. На Сатклиффе красовался отороченный белым пухом короткий топ и кружевная юбка, по подолу которой были пришиты круглые бубенчики, весело звенящие при каждом движении. Его голову украшал новогодний колпак, а ноги были обуты в высокие алые сапоги на каблуке. Грелль бросил рядом с собой довольно объемистый красный мешок и торжественно провозгласил:
— Я просто смертоносный Дед Мороз!
Уильям, первый пришедший в себя, скептически произнес:
— Я бы сказал, кто вы, Грелль Сатклифф, но…
Договорить ему помешал радостный вопль Рональда, который во все глаза глядел на своего наставника:
— Потрясающе, господин Грелль! У нас теперь даже свой Дед Мороз есть!
Эрик, немного отойдя от оцепенения, обреченно вздохнул.
— Спирс, найди мальчишке другого наставника, или со временем в отделе у тебя будет Сатклифф и его идейное продолжение.
Тем временем Дед Мороз оценивающе оглядел строгие костюмы других жнецов и разочарованно цокнул языком:
— Так не пойдет, детишки. Вы что же, хотите праздновать Новый Год при таком скучном параде? Но я знаю, чем вам помочь… Дед Мороз принес вам подарки! Карнавальные костюмы! – Грелль игриво покосился на Уильяма. – Отказавшийся от моего подарка смертельно обидит Деда Мороза и будет вынужден искупить свою вину поцелуем!
ГЛАВА 3.

— Может, кто-нибудь все же снимет с меня ЭТО? – Ти Спирс был мрачнее тучи.
Алан, услышавший его реплику, робко выдал:
— Ну что вы, господин Уильям, из вас очень милый… Олень.
Эрик в мушкетерском плаще и шляпе довольно подхватил:
— Иными словами, рога тебе идут. – Он поправил чуть съехавшую с головы своего напарника маленькую корону и воскликнул. – Черт подери, Алан, ты должен был родиться девушкой! Кто бы подумал, что костюм снежинки тебе так пойдет!
«Снежинка» густо покраснела и смущенно одернула сверкающее и пышное белое платье, доходившее до колен.
Рональд извернулся, прилаживая на полагающееся место пушистый заячий хвостик прямо поверх строгого рабочего костюма, после чего довольно тряхнул длинными ушами. Взглянув на часы, он переполошился:
— Без пяти двенадцать!!
Жнецы торопливо бросились к столу. Эрик с хлопком открыл бутылку шампанского и принялся было разливать его по бокалам, но вдруг остановился и недоуменно уставился на Уильяма, уже успевшего налить себе напиток:
— Спирс, какой к черту апельсиновый сок?!
Начальник вопросительно изогнул бровь:
— Вы что-то имеете против моих вкусов, Эрик Слингби? – Всегдашняя невозмутимость помогла скрыть то, чем Уильям был всегда в себе недоволен – он категорически не переносил алкоголь. Это и было причиной, по которой руководитель отдела был не в восторге от корпоратива.
Большие часы, стоявшие у стены, внезапно щелкнули и начали бить полночь. Грелль, Рональд и Алан, уже державшие наготове полные фужеры, стали дружным возгласом сопровождать каждый удар:
— Раз! Два! Три! Четыре!
— Да причем тут твои вкусы! – Эрик нагло забрал у начальника стакан с соком и вручил не успевшему вернуть его назад Ти Спирсу бокал с шампанским. – Не смеши меня, в новогоднюю ночь сок пить! – После этого он счастливо улыбнулся Алану и подхватил:
— Семь! Восемь!
Уильям хотел было возразить… Но понял, что его настойчивость может вызвать подозрение. Да и в конце концов, разве будет плохо с одного бокала?
— Десять! Одиннадцать!
Вздохнув, начальник поднял фужер и провозгласил вместе с другими жнецами:
— Двенадцать.
С последним ударом часов по комнате пронесся звон бокалов и веселые возгласы:
— Ура!! С новым годом! С новым счастьем!
Ти Спирс осторожно отпил и прислушался к своим ощущениям. Вроде бы все нормально, шампанское было недурно и даже весьма приятно на вкус. Вот только его пузырьки вместо того, чтобы раствориться в желудке, странным образом скользнули в голову…
ГЛАВА 4.

Празднование было в самом разгаре. Стоящее в углу новое изобретение, бессовестно позаимствованное у людей — массивный патефон — немного хрипя, играл одну за другой быстрые мелодии. Грелль растроганно взглянул на своего начальника и протянул:
— Теперь мы знаем слабое место грозного Уилли…
Эрик, кормивший Алана мандарином, на секунду отвлекся и хмыкнул:
— Я рад, что у тебя хватает мозгов не пользоваться этой его слабостью. Стало быть, знаешь, чем это грозит.
Дед Мороз, фривольно сидящий на краю заметно опустевшего праздничного стола, горестно вздохнул и подцепил бокал с вином. Склонив голову, он взглянул на Эрика сквозь алую жидкость:
— Знаю ведь, что ты меня сдашь.
— Поменьше раздражай меня, и я подумаю. И отцепи Рональда от начальника, мальчик что-то уж расшалился.
Вышеупомянутый начальник, свалившийся после первого же бокала шампанского, спал на нескольких сдвинутых стульях в углу, по-детски положив ладони под щеку. Раскрасневшийся же Рональд вовсю прицеплял на Уилловы рога игрушки, снятые с елки.
Поднявшись, Грелль продефилировал к Рональду и взял того за хвост, оттаскивая от Ти Спирса:
— Хватит, зайчик. Уилли мой, проявлять к нему столько внимания нечестно.
Уловка подействовала, Нокс тут же отвлекся и юлой завертелся, пытаясь высвободиться:
— Грелль, отпустите, хвостик отвалится! – Сатклифф выпустил метнувшегося в сторону жнеца и пристроился на полу, умиленно глядя на спящего начальника.
Оставшийся без развлечения Рональд тут же заскучал и предпринял попытку пристать к Хамфризу:
— Алан, Алан, дайте вашу корону померить! – Однако в грудь Ноксу тут же уперлась игрушечная мушкетерская шпага:
— Сгинь, ушастый. И вообще, пойди проверь свою косу, а то вдруг ее кто сломал.
Рональд, изменившись в лице, поспешно испарился. Через некоторое время он вернулся, волоча за собой свою Косу Смерти. Усевшись под елкой, жнец принялся с энтузиазмом в ней ковыряться, вмиг перемазавшись черной смазкой.
Эрик проследил взглядом за довольно-таки нетвердыми движениями Нокса и покачал головой:
— Зайцу больше не наливать.
Алан недовольно покосился на своего товарища:
— Ты злой. Он же в таком состоянии ее так развинтит, что потом не соберет.
— И поделом. Будет знать, как коньяк стаканами пить. — Внезапно Эрик прислушался к хрипению патефона и широко улыбнулся. – Да это же вальс! Алан, пошли танцевать!
Хамфриз от неожиданности чуть не подавился долькой мандарина:
— Эрик, ты с ума сошел?! Я не умею! – Он скрестил руки на груди и недовольно буркнул. – И вообще, я тебе не девушка.
— Не сегодня, снежинка. Не сегодня. – Хитро ухмыльнувшись, Эрик подхватил сопротивляющегося Алана и уволок его на середину комнаты.
Ти Спирс спал. Он не знал, что утром будет дико страдать от головной боли. Что проклянет ту минуту, когда согласился встречать этот Новый год. Что Грелль еще неделю будет рассекать по коридорам Департамента в своем новогоднем облачении. Что Рональд даст себе зарок никогда не пить ничего крепче вина. Что уже через пару часов Алан станет вполне недурно вальсировать. Ничего это Уильям пока не знал.
Грелль окинул взглядом чумазого Рональда, топтавшегося на одном месте сконфуженного Алана и веселого Эрика, после чего умиленно посмотрел на начальника:
— Ну разве это не замечательный Новый Год, Уилли?


Категории: [Не мои фанфики], [Фанфики по Kuroshitsuji], [Новогодний корпоратив]
комментировать 2 комментария | Прoкoммeнтировaть
Первый поцелуй и прочие радости жизни Жнeц 11:22:25
— Алан, расслабься, будет легче.
— Я больше не могу…
— Я почти закончил.
— Давай уже быстрее, я сейчас чокнусь!
— Да что ты орёшь, как потерпевший! Всё уже!
(Продолжить)
Алан плюхнулся на пол. Дышать было катострофически нечем. А ведь Грелль только корсет затянул. А ещё платье, туфли и украшения… От одной только мысль об этом юноша чуть не взвыл. Сам Сатклифф уже при полном параде: волосы уложены, на кроваво-красном платье ни единой складочки, накрашен, как сто пять тысяч индейцев.
— Ну, продолжим? – Алану ничего не оставалось делать, кроме как утереть пот со лба и кивнуть. К операции по поимке опасного демона в организации «Несущие смерть» готовились основательно. Ловили «на живца», но девушек Спирс подключать не стал. Прикрывали Грелля и Хамфриза Эрик и Нокс. А чтоб операцию уж наверняка не засыпали, Уильям и Гробовщик обещали следить за всей безбашенной компанией.
Спустя четыре часа.
— Хёмфриз, сделай лицо попроще.— Грелль улыбался во все свои сто сорок, не забывая при этом махать лапкой всем, кто носил брюки. Несчастный Алан уже ни о чём не мечтал, кроме как скинуть туфли и хоть немного ослабить корсет. Рон вовсю кадрил замужних и незамужних, Слингби флиртовал с какой-то дамочкой, параллельно приглядывая за напарником. И тут случилось несколько событий.
Первое – в толпе Грелль заметил мужчину своей мечты – Себастьяна Михаэлиса. Второе… об этом подробнее.
Плечи и спина у Хёмфриза были открытыми. Платье держалось на тоненьких бретельках, а через вырез на спине выглядывала шнуровка корсета. Надо ли говорить, что платье выбирал Сатклифф? Алан случайно зацепился за гвоздь. Раздался треск материи, и платье неумолимо поползло вниз. Шинигами слился со стеной. Грелль, заметив, как Алан побледнел, прекратил бросать на Себастьяна томные взгляды и подбежал к коллеге.
— Тебе что, плохо? – Алан поднял на него выразительные, полные ужаса, скорби и обречённости глаза:
— Мне не просто плохо, мне фигово… У меня платье порвалось…
— Ну и?
— Сейчас сползёт.
На лице Сатклиффа отразилось всё вышеперечисленное. Жнец вспомнил, что начальник посулил им за срыв операции. Мысля, конечно, проскочила, но обнимающиеся девушки даже для Грелля выглядели противоестественно.­
Сатклифф метнулся к Ноксу и Слинби. Через пару секунд Грелль притащил Эрика.
— Короче, вот тебе булавка, бретельку ему помоги заколоть, чтобы не сползло. Мы с Ронни как-нибудь отвлечём внимание.
— Ой, смотрите, цыгане!!!— закричала какая-то девушка. Грелль круто повернулся, оставив Алана и Эрика наедине.
Цыганок было две. Одна с длинными седыми волосами и густой чёлкой, которая напрочь забивала глаза, в чёрной юбке, очень напоминающей перешитый балахон, вторая с ног до головы укутана в цветастые шали, а на переносице красовались очки.
— Яхонтовые мои, всю судьбу расскажем, не стесняйтесь, подходите! – Грелль, разумеется, загорелся желанием. И тут его закогтила гадалка, что была в очках.
— Ой, светит тебе, алмазная моя, проблема великая, если не сделаешь ты того, что начальством было велено.— Грелль изумлённо уставился на цыганку. Та сверкнула изумрудно-зелёными очами и, наклонившись, прошипела:
— Сатклифф, если вы завалите операцию, до конца своих дней будете вкалывать забесплатно!
Оставив жнеца хлопать глазами, Спирс и Гробовщик (а это были именно они) пошли петь:
— Потолок ледяной, дверь скрипучая…
— За шершавой стеной тьма колючая!
— Как войдёшь за порог, всюду иней…
— На столе лежит труп, синий-синий!
Все в ужасе уставились на Гробовщика. Тот, как ни в чём не бывало, рванул к первому попавшемуся:
— Дорогой, позолоти ручку даме, а?
Тем временем в противоположном конце зала.
Эрик вжимал напарника в стену, попутно пытаясь открыть булавку. Алан (уже слегка порозовевший) отчаянно пытался удержать сползающее платье. Тут Хёмфриз почувствовал, что дышать стало значительно легче. И с ужасом понял, что корсет расшнурован. Всё тот же гвоздик.
— Эрик…
— Что? – Слинби навис над несчастным Аланом.
— Я. Тебя. Убью.— Алан обнял себя за плечи, удерживая обрывки платья и корсета. Тут Эрик почувствовал на себе очумевший взгляд женщины, имевшей несчастье пройти мимо. Нет, представьте такую картину: над хрупкой, смущённой донельзя девушкой, которая прилагает все усилия, чтоб не остаться, в чём мама родила, навис рослый парень.
«Копец.» — подумала парочка. О, как они жестоко ошибались!
Гробовщик, Грелль, Нокс и Спирс уже не могли привлечь к себе внимания. Все были заинтригованы иными действиями. Спирс внезапно заметил Себастьяна:
— Демон?!
-Жнец?!
Гробовщик, спасая операцию от срыва, сгрёб Уильяма в охапку и крикнул обалдевшему Себастьяну:
— Ты погляди, до чего ты Земфиру довёл, стервец! Поматросил и бросил с двумя детьми! — почему-то все синхронно развернулись в сторону Слинби и Хёмфриза. Рональд поднял вверх табличку, на которой жнецы разобрали надпись « ЦЕЛУЙТЕСЬ, ПРИДУРКИ, СПАЛИМСЯ!»
— Кто тебе там из диспетчерского отдела нравится?— спросил Эрик у побагровевшего напарника.— Виктория?— Алан кивнул.— Так вот,— Слинби поправил съехавшие очки — представь, что я – это она.
— Ч-чего?
— Алан, посмотри на это с другой стороны.— Попытался успокоить друга Слинби – Не надо будет учиться на помидорах…— В сих овощах напарники могли запросто спрятаться. Лишиться чувств готовы были оба.
Нокс угрожающе потряс табличкой, на которой красовалась новая надпись: «ЕСЛИ СПАЛИМСЯ, БУДЕМ ПАХАТЬ ПОЖИЗНЕННО-ПОСМЕРТН­О! ЦЕЛУЙТЕСЬ, НА ВАС СМОТРЯТ!»
Оба сглотнули. Эрик (ставший ярко-малиновым) кое-как коснулся губ бедного напарника, и Хёмфриз сполз по стеночке. А семейная драма продолжалась:
— Девочка в мать пошла. Нервная, ранимая. Вот этот молодой человек ей очень помогает. – До Эрика и прочих дошло, что Алана приняли за дочь « Земфиры». Женщины умилялись, Гробовщик продолжал, Себастьян подыгрывал. Дошло до битья посуды, когда Спирс отошёл от шока.
Демон, из-за которого, собственно, и начался весь сыр-бор, втихаря утащил бесчувственное тело девушки. С самыми нехорошими намерениями, естественно. Только собрался воплотить их в жизнь (вот наивный), как вдруг понял, что не может девушка быть плоской, как доска. Прифигевшее увечное создание даже не удивилось, когда эта самая хрупкая девушка двинула его мордой об стену и выдала немереную цитату от Гоблина (да, довели Алана в этот вечер).
***
Компания из шести жнецов радостно брела по улицам Лондона. Спирс был взбешён (пятисот тарелок ему не хватило), Гробовщик захлёбывался истерическим хохотом, Нокс оттирал губную помаду, Грелль витал в облаках, замёрзший, как собака Эрик нёс на руках закутанного в пиджак и одну из шалей Уильяма напарника. После зверского батла, в ходе которого Алан дошёл до берсеркерской ярости, демон слёзно умолял жнецов оттащить от него съехавшего с катушек шинигами. Вымотавшийся вусмерть Хёмфриз отрубился прямо на улице.
— Слышь, парни, почём у вас девочки? – жнецы обалдели от такой наглости.
— Мужик, я тя щас в воблу превращу, ласты пообрываю и в пустыню телепортирую. – отчеканил Слинби.
Мужика унесло. От мощнейшего пендаля, которым его наградил Грелль.
Шинигами дошли до лавки Легендарного и улеглись кто куда. Кто на пол, кто на гроб. После ЭТОГО вечера мягкой постелькой казался даже дубовый пол.


Категории: [XD], [Не мои фанфики], [Фанфики по Kuroshitsuji], [Первый поцелуй и прочие радости жизни]
комментировать 19 комментариев | Прoкoммeнтировaть
Знакомство Жнeц 10:53:44
— Знакомьтесь, — холодно изрек Спирс. — Это Алан Хамфриз, ваш стажер. Хамфриз, это ваш старший партнер Эрик Слингби. Нокс, а что ВЫ тут делаете?
Взгляд, способный заменить расстрельную бригаду, пронзил главного офисного сплетника в районе лба и вышел из затылка. — Я, э, я так — за сахаром зашел, — выкрутился Рональд, с любопытством покосившись на новичка. Эрик скептически рассматривал новую головную боль с высоты своего роста. Маленький, хрупкий юноша, с пушистыми каштаново-рыжеватым­и волосами и светлой фарфоровой кожей. Большие глаза, ресницы в полщеки, полные губы, широкие скулы и что-то определенно кошачье во всем облике. "Хороший, правильный мальчик", — с усмешкой подумал Эрик. Сам он не был ни правильным, ни хорошим, но плохо скрытое восхищение в глазах юноши весьма льстило самолюбию, и шинигами счел возможным покровительственно улыбнуться, пока Спирс отчитывал Нокса за недостойное любопытство. Алан смущенно вспыхнул и застенчиво улыбнулся в ответ. На его щеках появились ямочки. — Итак, Хамфриз, — повернулся к стажеру Спирс, покончив с предыдущей жертвой, — мистер Слингби будет обучать вас на практике. Можете обращаться к нему по любым рабочим вопросам, — еще один взгляд, чуть меньше калибром, вонзился в Эрика. — Вам ясно, Слинсби? Ваш стажер будет отчитываться передо мной каждые две недели, и если его успехи... Дверь грохнула о стену с такой силой, что с потолка посыпалась побелка, и в комнату ворвалось нечто. Спирс вздрогнул, Алан испуганно дернулся. — О, Уилли, ты принес котеночка!? Почему тебе можно, а мне нельзя? — капризно вскричал Грелль и потрепал юношу по щеке. — Ууу, какая прелесть! Хамфриз покраснел, побледнел и вжался в стену. Шок, который переживала неподготовленная психика при встрече с Сатклиффом, мог вынести не всякий. Алану было страшно, особенно когда красное существо неясной половой принадлежности схватило его за щеки и принялось трепать с нежностью большой кошки. — Какой трогательный! — объявил Грелль. — Это кто? — Мой стажер, — с четко различимой угрозой сказал Эрик. — Оставь в покое. — Бука, — надулся Сатклифф. — Стоит появиться кому-то симпатичному, как сразу же... — Почему вы не работаете? — спросил Уильям. От Сатклиффа у него начиналась мигрень уже на второй минуте общения. — О, Уилли! — сладострастно взвыл Грелль и повис на шефе. Хамфриз позеленел. Спирс брезгливо оторвал от себя подчиненного и твердой рукой выволок вон из комнаты, не имея ни малейшего желания объяснять Греллю всю бездну его морального падения при стажере. Рональд жадно уставился на новичка. Тот мелко задрожал и наконец сполз по стенке, так что Нокс едва успел подставить под стажера стул.
— Можно мне водички? — прошелестел Алан. Слингби плеснул в стакан из чайника и передал стажеру. Новичок вцепился в стакан с отчаяньем утопающего. — Не бойся, — хмыкнул Рональд. — Грелль — он вообще такой. Привыкнешь. — Псих, — сказал Эрик, — но безобидный. В детстве из люльки выпал. На голову. Алан горестно поперхнулся. Умоляющий взор больших, влажно блестящих глаз обратился на Слинсби. В давно зачерствевшей душе шинигами что-то дрогнуло. — Не дрейфь, — хмыкнул Эрик. — В обиду не дам. — И каким же образом ты не дашь его в обиду? — заинтересовался Рональд. — Вон Спирс годами бьется, и что? Сатклифф где был, там и остался. — Полезет — врежу, — лаконично изрек Слингсби. Алан облегченно вздохнул. Эрик ему понравился с первого взгляда. Особенно после Спирса, вызвающего у стажера безмолвный ужас, и Грелля, который ввергал юношу в ступор одним своим видом. "Этот хотя бы нормальный", — подумал Алан, аккуратно ставя стакан на место. Наконец, покрутившись по кабинету, Нокс тоже вымелся вон, и двое шинигами остались наедине друг с другом. Эрик сел за стол и с мрачной решимостью зарылся в бумаги. Алан молча смотрел на свой стол, пока еще совершенно пустой. Часы над дверью глухо тикали, ритмично дергая стажера за нервы. Наконец юноша заерзал на стуле и тихонько вздохнул. Он ощущал себя предметом меблировки, причем купленным на распродаже по сниженной цене. Очевидно, наставник не имел ни времени, ни желания в чем-либо его наставлять. А шариться по чужому кабинету, да еще и в присутствии законного хозяина, Алану не позволяли хорошие манеры (и страшная застенчивость). Хамфриз придвинулся к столу, и ножки стула пронзительно скрипнули по полу. Юношу бросило сперва в жар, потом — в холод и наконец — в краску. Эрик поднял глаза от служебной записки. Ах да, стажер... За извивами бюрократической мысли Слингсби уже успел о нем забыть. — Если тебе скучно, можешь почитать Устав. Чай, кофе и сахар в шкафчике. — А Устав где? — робко пискнул Алан.
— А, поищи на полках. Валяется где-нибудь. Глаза Алана увеличились до размера чайных блюдец, и он с трепетом уставился на стеллажи, в которых порядок не наводил никто, никогда и ни за какие деньги. Сглотнув, стажер решил начать с чего-нибудь попроще, встал, подошел к шкафчику и открыл дверцу. Эрик тоже надумал запить стресс от бумажек чашкой крепкого кофе, и потому, когда Алан шарахнулся прочь от ударившего из шкафчика запаха, то врезался в наставника всем своим невеликим весом. — Осторожней. Затопчешь, — невозмутимо заметил Слингсби, переставляя стажера со своей ноги на пол. — Пппппростите, — Алан вытащил платок, зажал им нос и отважно погрузил руку в недра шкафа. Вскоре он извлек оттуда нечто ослепительно-зелено­го цвета, состоящее в основном из плесени. — Что это? — выдохнул стажер. Эрик склонил голову набок. — Кажется, булочка с сосиской. А что? — Ффффууу, — сдавленно прошипел Хамфриз и вышвырнул ее в мусорное ведро. ...Есть три вещи, на которые можно смотреть бесконечно — это текущая вода, горящий огонь и то, как другой человек работает. Сию нехитрую истину Слингсби открыл для себя заново, заворожено наблюдая за тем, как юный стажер создает порядок из многолетнего хаоса. Сначала Алан придвинул к шкафу урну. Потом снял пиджак, потом — закатал рукава рубашки, потом — избавился от перчаток. Откуда-то у него в руках появились губка и моющее средство. Хамфриз храбро нырял в шкафчик, неустанно выгребая, оттирая, скребя и расставляя то немногое, что еще можно было употребить внутрь без риска для жизни. Впрочем, свернувшись покомпактнее, Алан вполне мог в этом шкафу спать. Наконец юноша утер лоб рукой, подхватил урну и скрылся за дверью. Эрик заглянул в шкаф, и ему стало нехорошо: коробки с чаем стояли у задней стенки строго по размеру; банка с кофе разместилась по центру полки, справа от нее, под углом в сорок пять градусов стояла коробка с сахаром. Полочкой ниже были разложены и расставлены, тоже строго по размеру, губки, салфетки, бутылки с моющим средством. Все это было поставлено на салфетки. Из еды уцелел только сверток с сэндвичами самого Слингсби. Все остальное Алан, шипя от омерзения, выбросил в корзину. Эрик захлопнул дверцы и шлепнулся в кресло.
Такой свиньи шеф не подкладывал ему уже лет сто. Спирс ворвался в кабинет Слингсби, как всегда, без стука. Отметив краем глаза что-то мелкое и поспешно вскочившее, шеф навис над рабочим столом Эрика, поедая подчиненного взглядом голодного аллигатора. Эрик философски воззрился на шефа, всем своим видом выражая бесконечное терпение и покорность судьбе. На стол шинигами хлопнулся недавно сданный отчет, начальство уже открыло рот, дабы обрушить на неугодного поток своего гнева и... поперхнулось. Спирс обогнул стол Эрика, остановился у подоконника и уставился на него широко раскрытыми глазами. Будь шеф чуть менее красив, можно было бы сказать, что он вылупился. Уильям первый раз в жизни увидел в кабинете кого-то из подчиненных БЕЛЫЙ подоконник. Цветы на котором был расставлены строго в ряд, через равномерные промежутки. Кто-то разрыхлил землю, полил растения и оборвал усохшие листики. Спирс повернул голову, и в глаза ему ударил блик от начищенного до жгучего блеска чайника. Хотя раньше Уильям верил, что чайник Эрика — черный. Газовая плитка добила начальника окончательно — своей ненатуральной, кипенно-белой расцветкой. К чести босса, он быстро разобрался, что к чему. — Это что? — круто развернувшись на каблуках, вопросил он, вжимая стажера взглядом в стену. — Порядок, — испуганно отвечал Алан. — Так, значит, вместо того, чтобы занять вас делом, мистер Слингсби поручил вам уборку? Новичок выглядел так, словно сейчас лишиться сознания, и Эрик поспешил вмешаться: — Он всего лишь искал Устав. — В чайнике? Эрик обреченно заткнулся. Находчивость не была его сильной стороной. — Ваше стремление к аккуратности, несомненно, похвально, — сухо бросил Спирс. — Я надеюсь, вы будете поддерживать сегодняшний уровень чистоты и порядка. Это первое. Алан сглотнул. — Второе. Заниматься уборкой в кабинете следует во внерабочее время. И поэтому... — Хамфриз сжался в комок. — Вы сейчас возьмете в канцелярском отделе номенклатуру дел и приведете в порядок это, — Спирс брезгливым жестом указал на стеллажи с документами. Эрик едва ли мог вообразить себе что-нибудь хуже. Новичок смотрел на Спирса, как кролик на удава. — Что следует сказать? — строго осведомился босс. — Да, сэр, — выдавил стажер. — Отлично. Спирс с достоинством удалился
Алан упал на стул и закрыл лицо руками. Эрик одобряюще потрепал его по плечу. — Он всегда такой страшный? — прошептал юноша. — О, Уилли! — визгливо раздалось из коридора. Неспешные шаги Спирса тут же перешли в стремительный бег. — Привыкнешь со временем, — подытожил Эрик, залез в шкаф и вытянул из пакета сэндвич с курицей. — На, заешь. Полегчает. — Ннно он же велел... — Если делать все, что велит начальство, то можно загреметь в психушку. Плюнь. Бумажонки от тебя не убегут. Виски будешь? — Мне бы лучше валерьянки, — пробормотал Алан. — Тазик! Эрик был раздосадован. Надо же было так уронить себя в глазах стажера! И что он теперь думает о наставнике? Правильно, что тот — безвольная тряпка. Слингсби вздохнул. Грелль на ядовитый выпад Спирса несомненно ответил бы: "А какое тебе дело, Уилли, где я храню наш Устав?", но Сатклифф — существо одаренное... Чем и куда, конечно, вопрос, но пределов для него нет. Алан куда-то вышел, и Эрик уже почти уверился, что стажер заперся в туалете и рыдает в платок, когда Хамфриз наконец вернулся. Под мышкой юноша держал увесистую папку с грозной надписью "Номенклатура дел". — Все в порядке? — Да, сэр, спасибо. — Меня зовут Эрик. Глазищи стажера снова округлились: — Но сэр, это же нельзя... Это же... Я же... — Ты — Алан. По фамилии тебя будет Спирс звать, и молись, чтоб нечасто. — Да, сэр... Эрик. Алан сел на место и раскрыл папку. Около полутора часов в кабинете царило единство духа: Эрик правил отчет, Алан вчитывался в номенклатуру, делая пометки в блокнотике. А потом дверь с грохотом распахнулась, и в комнату красным вихрем ворвался Сатклифф. — Эрик, мне скучно! — без предисловий заявил он и плюхнулся на стол Алана. Юноша едва успел спасти из-под Грелля номенклатуру. — Пойди поработай, — хмуро отвечал Эрик.
— Я не стажер, чтоб каждый день вкалывать, — фыркнул Грелль. — Кстати, о стажерах. Котенок, Уилли тебя не обижает? Алан отодвинулся от стола вместе со стулом, закрываясь папкой. — Дай угадаю, — буркнул Слингсби, — Уильям отнял у тебя косу? Грелль вздохнул, изучая маникюр. — Он такой бука временами... — Сэр, можно я пойду? — спросил Хамфриз, украдкой отводя с колен длинные патлы Сатклиффа. — Грелль, брысь, — вздохнул Эрик. — Ты мне стажера пугаешь. — Разве? Котенок, ты же не против моего общества? — мяукнул Грелль, свесился со стола и ушипнул новичка за бедро. Хамфриз вскочил, как ошпаренный. Эрик в жизни не видел, чтобы кто-нибудь так краснел: от корней волос до самой шеи заливаясь пунцовым румянцем. В глазах стажера блеснула влага; Слингсби сломал перо. — Алан, выйди, — холодно сказал Эрик. Стажер выскочил из кабинета, и Слингсби медленно поднялся, разминая пальцы. Грелль сполз со стола и попятился к двери, но светловолосый шинигами его опередил. — Это. Мой. Стажер, — медленно и раздельно сказал Эрик, взяв Грелля за грудки и подняв на уровень своих глаз. — Тронешь — убью. — Но Эрик! — задергался Сатклифф. — Я же его не обижаю! Эрик кивнул. — Я тебе сейчас понятнее объясню... Стажер, что было абсолютно недопустимо, стоял в коридоре и ничего не делал. — Почему вы подпираете стену в коридоре в рабочее время? — осведомился Спирс. — Мистер Слингсби попросил, — на всякий случай раскаиваясь, ответил Хамфриз. — Он решает с мистером Сатклиффом какой-то рабочий вопрос. В этот миг из кабинета раздался душераздирающий крик. Дверь распахнулась, в коридор пулей вылетел Грелль и скрылся за поворотом со скоростью курьерского поезда. Спирс проводил Грелля задумчивым взором. Многолетний начальственный опыт подсказывал Уильяму, что в случае Сатклиффа педагогика бессильна, и медицина — тоже. Что именно сделал с ним Эрик, чтобы достичь такого эффекта — для Уильяма было непостижимо. — Алан? — на пороге показался Эрик. — Иди обратно. — Спасибо, сэр, — юноша просочился в кабинет, обмел платком стол и сел. — Что у вас с Сатклиффом? — осведомился Спирс. — Он оскорбил моего стажера недостойными действиями, — холодно сказал Эрик. — Какими именно? Алан залился краской. — Неважно, — отрезал Эрик. — Непристойными. Я с ним поговорил. Больше не будет. — И какие же меры вы предприняли? — жадно, с надежой спросил Спирс. Эрик тяжело вздохнул. — Алан, выйди еще раз. Алан вышел, но успел бросить на наставника взгляд, светящийся искренним восхищением и глубокой благодарностью. В груди Эрика непривычно потеплело.


Категории: [Не мои фанфики], [Фанфики по Kuroshitsuji], [Знакомство]
Прoкoммeнтировaть
О прелестях женского гардероба, или почему не стоит слушать Грелля Сатклиффа Жнeц 10:44:42
— Ой, что это? — Алан с недоверием разглядывал странную... хм... конструкцию в руках Грелля. Одним своим видом она уже внушала опасения, а судя по довольному и ехидному лицу Сатклиффа с ней будут что-то еще делать. И возможно, при участии самого Хамфриза.
— Корсет.
— Оо... Хм... Ясно. — Только и промолвил юный шинигами, где-то на отголосках памяти ловя мысль, что где-то он уже об этом слышал. Причем, связано это было с...
— Это женское?
Грелль довольно кивнул, расцветая, как маков цвет.
— Ты совершенно прав, мой юный друг!
Алан испуганно дернулся и бочком стал продвигаться к выходу, благо он был открыт. Дверь стараниями Сатклиффа ловко увернулась от него.
Хамфриз судорожно сглотнул. Вот чуял же он, что как только рыжеволосый шинигами, подхватив его под руку, потащил в какую-то комнату, на ходу уверяя, что у него есть план, как заставить Эрика не то, что вернуться добровольно, но еще и раскаяться во всех грехах, надо было сбегать, сломя голову. Нет же, наивность в который раз взыграла в… хм… крови.
И сейчас Алан об этом жалел, ой как жалел, но было уже поздно.
— Семпай, и зачем вам вещь из женского гардероба? Мы будем приманивать Эрика на женщину? – Грелль зашелся в истерическом хохоте, представив себе эту картину. Нет, если с Ноксом такой трюк еще б и прокатил, то не со Слингби точно. Последнее время этот вообще никого, кроме своего напарника не замечал. – Семпай?
Повторил еще раз Алан, в тайне надеясь, что шинигами сошел с ума, и что теперь он будет избавлен от этой муки. Но его надеждам не суждено было оправдаться – смех прекратился так же резко, как и начался.
— Ты прав лишь отчасти. Этот корсет – для тебя. – Хамфриз трогательно захлопал глазками, все еще не понимая, к чему клонит Сатклифф. Грелль тяжело вздохнул, сетуя на невинность Алана, и заодно и на Эрика, который до сих пор так и не исправил сей досадный момент. – Ты переоденешься в женское платье и прони…
— Нет! – Взвизгнул юноша, да так, что рыжий шинигами подпрыгнул на месте. – Я же мужчина! У меня, в конце концов, есть гордость! И я ни за что…
— А Эрика ты вернуть хочешь? – Вкрадчиво вставил Грелль; Алан мгновенно растерял весь свой пыл и замолк. – Ну, вот и ладушки. Раздевайся.
— Зачем? – Сатклифф схватился за голову – похоже, это будет гораздо труднее, чем он предполагал…

~*~*~*~

Часов через шесть взаимных криков и переругиваний, Сатклиффу таки удалось одеть Алана в платье. Скольких нервов ему это стоило – история умалчивает, но шинигами, весьма довольный собой, оглядывал юношу, смущенно забившегося в угол и наотрез отказавшегося оттуда выходить, ожидая уже совершенно любой подлянки со стороны семпая.
Грелль пожал плечами – пусть делает, что хочет, главное, чтоб не сбежал, пока он сам будет переодеваться.
Одевание себя любимого не заняло много времени, и уже через полчаса Сатклифф в полной боевой готовности красил губы.
— Ох, да я же просто неотразим! – Крутился он перед зеркалом, — Себастьянчику просто не устоять!
А пока Грелль страдал очередным приступом нарциссизма, Хамфриз судорожно думал, что же ему делать, как отсюда сбежать и как не провалиться под землю от стыда. Последнее было весьма спорным, но как Алан не старался прыгать, пол оставался глух к мольбам юноши и наотрез отказывался низвергать его в пучины адские.
Шинигами чувствовал себя на редкость глупо и неуютно: корсет туго стягивал торс, давя на ребра и затрудняя дыхание, женские перчатки, слишком длинные и скользкие, постоянно норовили соскользнуть вниз, а пышная юбка с не менее пышным шлейфом цеплялась за все, что только могла.
— Ну вот, готово. – Оторвался-таки Грелль от зеркала. – Теперь остался последний штрих.
И он протянул Алану нечто длинное, белое и полупрозрачное.
— Что это?
— Чулки! – торжественно произнес Сатклифф, глаза его при этом горели ярче лампочек на новогодней елке.
— Но ты же уже в них… — Сдавленно прошептал Хамфриз, уже начиная понимать к чему клонит Грелль, и не ошибся.
— Так это же для тебя! – Алан ойкнул и покраснел так, что ярко-алым волосам семпая оставалось только тихо выпасть от зависти
— Я это не одену!
Довольный взгляд Сатклиффа же говорил совершенно обратное. Юный шинигами понуро опустил голову.
«Ну, Эрик, — думал он, — вот только попробуй после всех тех жертв, что я ради тебя принес, не вернуться – удавлю! Я еще лучше – наряжу в эти тряпки и заставлю ходить так месяц!»

Где-то далеко-далеко от этого места Слингби зашелся в неконтролируемом приступе икоты…

~*~*~*~

Эрик Слингби с напускным спокойствием прохаживался в одной из дальних комнат шикарного особняка Кристалл Палас. Гости постепенно пребывали, а значит, скоро все и начнется, но шинигами не отпускало странное, тревожное чувство, а уши так горели, что казалось, в темноте они будут светить не хуже подсвечника на три свечи. На две вернее – мутантом Эрик пока не был.
Хотя судя по тому, с каким усердием некто костерил его на все лады – хотя Слингби уже догадывался, кто это был – возможно, скоро он лишится одного из них. А быть может и обоих ушей.
— Шинигами-сан, все уже собрались. – Виконт заглянул к нему в покои, пафосно раскланявшись. — Не хватает только нас с вами.
Эрик глубоко вдохнул, будто перед погружением в воду, поудобнее перехватил пилу и вышел вслед за Друидом.

Виконт был прав – к нему на бал собрался почти весь высший свет. Надо было признать, что Друид, хоть и ужасно раздражал Слингби, но свое дело знал и делал хорошо.
Шинигами, невидимый глазу обычного человека, неспешно расхаживал мимо приглашенных, с интересом разглядывая их. Что ж, надо было признать, Друид все же был не самым расфуфыренным из них, встречались экземпляры и поинтереснее, и в тоже время смешнее.
К примеру та леди, графиня Де Брасс, которая соорудила на голове странную прическу, более похожу на корабль. Или герцог Оуэневский, обвешавшийся золотыми побрякушками, словно елка.
Эрик усмехнулся по себя.
Неужели они не видели, насколько нелепо выглядят?

Но одна из гостей все же привлекла его внимание.
Одета она была хоть и просто, но со вкусом. Кремового цвета платье с пышной юбкой в пол, шелковые белые перчатки до локтя, трогательно обхватывающие тонкие запястья, маленькая шляпка с перышком в коротких каштановых волосах.
Словом, девушка выглядела легко и изящно.
Но привлекла она внимание Эрика не своим внешним видом, а тем, как неловко она держалась на каблуках, не смотря на то, что они не были слишком уж высокими.
Когда девушка в очередной раз пошатнулась и уже почти упала, Слингби, будучи джентльменом, не мог не подойти и помочь. Хрупкое и легкое тело упало точно в подставленные руки.
— Юная леди, я так понимаю, это ваш первый бал? Думаю, вам нужно быть осторожнее, если не хотите… — В этот миг он подавился собственным словами, ибо девушка обернулась, беспомощно и испуганно посмотрев на него. Лицо ее было слишком знакомо Эрику, но он почему-то не мог вспомнить, где мог ее видеть? Аристократически-то­нкие черты лица, аккуратный нос, большие глаза с черными длинными ресницами, спрятанные за очками в тонкой оправе, знакомый овал лица, окруженный ореолом каштановых волос. – Эм…. Леди, мы с вами раньше никогда не встречались?
Девушка злобно сузила глаза, прошипела что-то вроде «ах ты, гад, еще и не узнал, ну все, хана тебе», схватив Эрика за руку, с неожиданной для такого хрупкого существа силой потащила его куда-то вглубь особняка, подальше от толпы и что-то свирепо бурча себе под нос.
Слингби сглотнул, отчего-то представляя масштаб разрушений, который его ожидает.
Затолкнув Эрика в первую попавшуюся на пути комнату и со всего маху захлопнув за собой дверь, девушка разразилась громкой тирадой:
— Ах ты, гад! Я тут значит, ради него иду на такие жертвы, советуюсь с этим чокнутым, даже надеваю это идиотское платье и каблуки, а он! А он мне тут «девушка»! Разуй глаза, шинигами недоделанный! Думаешь, легко прыгать на этих каблуках по всему залу, когда вокруг ходят всякие придурки и каждые пять минут пытаются пригласить на танец, а? А я тут уже замучался бегать его искать! И вот нате! Да ты… да у меня даже слов нет, кто ты! – Выдохнувшись, девушка, совсем не по-женски плюхнулась в кресло, попутно умудрившись запутаться в длинной юбке.
Стоп.
Что-то щелкнуло в голове у Эрика.
«Замучался»?
— Эм… Ты что, парень? – Осторожно протянул он.
Девушка (или парень?) пронзила его таким тяжелым и холодный взглядом, что Уилл просто нервно курил в сторонке, если б увидел.
— Так ты еще ничего и не понял? – Незнакомец поднялся с кресла, доставая из необъятных просторов подъюбника знакомую косу смерти и угрожающе надвигаясь.
— Алан??

~*~*~*~

Через три часа, когда все шинигами уже вернулись назад в департамент и заседали в кабинете Ти Спирса, Уильям даже с жалостью, как показалось Слингби, глянул на него и тихо сказал:
— С тебя снимаются все обвинения. – И еще тише добавил, — Тебя уже и так достаточно наказали.
Так как говорить ему все еще было трудно, Эрик ограничился простым кивком, который болезненным импульсом отдался в голову. Шинигами даже не стал подходить к зеркалу – сочувствующих взглядов его соратников было куда более достаточно. Ну, кто ж знал, что Алан, такой тихий и спокойный с виду, может быть просто неуправляемым в гневе. Благо, челюсть ему уже вправили, вывихнутые руку и оба запястья тоже.
Ничего, вот сейчас Слингби слегка поправится, Хамфриз отойдет и подобреет, тогда Грелль и узнает все, что Эрик о нем думает…


Категории: [Не мои фанфики], [Фанфики по Kuroshitsuji], [О прелестях женского гардероба]
Прoкoммeнтировaть
Паранойя Жнeц 10:25:31
— Мистер Слингби, — начал Алан Хамфриз, будучи на приеме у психолога, — Мне все время кажется, что за мной кто — то следит. И этот кто – то – предположительно имеет длинные красные волосы и бензопилу. Я бы сказал, что это девушка, потому что оно носит каблуки, однако фигура моего преследователя позволяет мне сомневаться. Вы не могли бы мне сказать, что со мной?
Доктор Эрик Слингби сидел и созерцал это растрепанное чудо, с зелеными глазами, слегка трясущееся и с покрасневшими щеками. У Хамфриза дергалось левое веко, это говорило психологу о том, что юноша сильно нервничал.
— Могу предположить, что у вас средняя стадия паранойи. Нет – нет, не смотрите на меня так, это не так уж… плохо. Просто поймите, что за вами никто не может следить. И как вы узнали, что у этого вашего «преследователя» не женская фигура? – Эрик пригладил волосы, — Впрочем, неважно. Вас беспокоит что – либо еще?
— Ну… — юноша зарделся, — мне все время снится мистер Спирс, начальник с работы. Я не в том смысле. Он приходит ко мне, — юноша поёрзал в кресле, достал из футляра очки, одел их и состроил лицо, как дверца у холодильника, — и говорит: «Хамфриз, вы снова забыли сдать отчет!». А фигура моего преследователя точно не женская, ведь я видел его у себя… в ванной…
— И что он там делал? – Слингби с удивлением уставился на трясущегося парня. «Н-да, — думал Эрик, — плохой из меня психолог, раз даже не могу успокоить мальчика», — По – моему, вы просто слишком много работаете. Советую пить вам на ночь снотворное.
— Доктор, чем может заниматься человек в ванной? Разумеется, мыться — что я и видел к своему ужасу. Мистер Слингби, — обратился Алан к мужчине с почти что умоляющим взглядом, — я Вам точно говорю, я видел его!!! Да и шорохи на кухне…
— Какие шорохи? – Слингби было все интересней наблюдать за своим пациентом.
— Ну какие шорохи бывают? «Шух – шух», — Хамфриз театрально махал руками, — да «фьють – фьють». А, и еще «пульк», но это в раковине.
Эрик с трудом подавил смешок. «Не удивительно, что этот парень такой худой. Не питается. С такими – то шорохами…»
— Вот что, — доктор встал со стульчика и подошел к окну, — Отправляйся в аптеку и купи успокоительного.
***
Выйдя из аптеки с довольно большим пакетом снотворного и успокоительного, Алан направился домой. «Вот приду я сейчас, а там это кроваво – красное чудище» — пролепетал юноша, открывая дверь своей квартиры. То, что увидел Хамфриз в следующий миг, заставило его едва не окосеть. Из дрожащих рук парня с хлопком выпали пакеты с ключами, сам же Алан медленно стек по стене, методично стукаясь затылком об косяк.
— Это ты кого чудищем назвал, милый?
«И все – таки, — думал Алан Хамфриз, глядя на свою паранойю в коротком красном пеньюаре, — оно оказалось девушкой».
«И все – таки, — думал Грель Сатклифф, глядя на свою жертву психического расстройства, — мне нужно было выбрать его начальника».


Категории: [Не мои фанфики], [Фанфики по Kuroshitsuji], [Паранойя]
Прoкoммeнтировaть
СОБАЧЬЕ ДЕЛО. Часть 1 Жнeц 10:19:39
Алан работал в Департаменте уже третью неделю. Он привык и к подъему в семь, и к наставнику, и потихоньку привыкал к коллегам. Хотя временами это было трудно. Грелль ввергал Хамфриза в когнитивный диссонанс. Как вообще можно жить с таким ураганом в голове?! Вот мистер Слингби выглядит, как настоящий жнец, не то что...
В мысли стажера ворвался какой-то странный, рычаще-урчащий звук. Алан вздрогнул и остановился.
— Алан, — напряженно окликнули юношу с парадной лестницы, — стой и не шевелись, если жизнь дорога.
— Р... Рональд?
Стажер Сатклиффа стоял на лестнице, сжимая ручку газонокосилки, и с непривычной серьезностью глядел на Хамфриза.
— Что такое?
— Не говори. И не дыши, если можешь. Кто-то спустил Цербера с цепи.
Алан глотнул и мееееедленно повернул голову к источнику звука. Огромный трехголовый пес из преисподней замер в тридцати футах от юноши. Из трех глоток Цербера вырывалось глухое рычание, и всем своим видом он показывал, как ему отвратительны всякие Хамфризы, шляющиеся по его территории.
— Боже, — одними губами сказал Алан, сжимая косу. Стажерам была запрещена телепортация в пределах Департамента, и Алан все равно не смог бы перенестись отсюда в кабинет — было маловато сил и опыта Как влепится в шкаф с документами...
— Убил бы тупого шутника, — сквозь зубы кинул Рон. — Совершенно не смешно.
Газонокосилка и секира не слишком подходили для укрощения пса ростом двенадцать футов в холке. Даже если Алан успеет выставить перед собой косу, Цебби легко перекусит древко... Пес перешел к плотоядному урчанию и напружинился.
— Рон?! — капризно раздалось откуда-то с вернего пролета. — Где тебя носит?!
Все три головы синхронно выщерили зубы — голос Грелля подействовал на нервы адского пса, как скрип гвоздя по стеклу. Хамфриз завороженно глядел на капающую с клыков Цербера слюну. Видимо, животное давно не ело.
— Грелль, замолчи! — выдохнул Рон, делая шаг вниз. — Тут Цебби с цепи спустили, и Алан сейчас...
— Чтооо? — удивленно присвистнули сверху, и Грелль, вскочив на перила, стоя съехал вниз. За секунду оценив ситуацию, алый жнец с места прыгнул вперед, как раз в тот миг, когда Цербер наконец ринулся на потенциальный обед. Сатклифф приземлился точно на спину голодной твари, сжал ребра пса коленями и с силой рванул на себя шипастый ошейник, как наездник — узду слишком норовистой лошади.
— Алан, брысь!
Шипы вонзились в горло Цебби, и тот, дико взвыв, завертелся на месте. Алан даже не успел удивиться — неведомая сила сгребла его в охапку и рванула прочь. Лязгнула о плиты двора оброненная секира.
— Господи... — за долю секунды перед глазами Хамфриза пронеслась вся его жизнь, включая человеческую. И только потом он понял, что практически висит на плече своего наставника. — Алан? — Эрик осторожно поставил юношу на ступеньки лестницы; тонкая рука стажера приятно скользнула по плечам шинигами. — Алан, ты цел?
— Дддда...
— Боже, Грелль! — завопил Рональд. Слингби и его стажер обернулись. Цебби испытал прозрение — он принялся кататься по земле, чтобы сделать из наездника мокрый коврик. За миг до встречи с гранитными плитами двора Сатклифф кубарем слетел со спины пса, перекатился на бок, схватил секиру Алана и крутанул над головой. Свистнувшее перед мордами лезвие несколько охладило пыл зверя.
— Моя коса! — дернулся Алан. Прикосновение чужих рук к косе было почти физически неприятно, но пока они сбегают за бензопилой... Да Цебби порвет жнеца на цветные тряпочки! Грелль, опровергая устоявшееся мнение о том, что он слабое, хрупкое, бесполезное создание, вскочил на ноги и перехватил древко двумя руками. Скользя вокруг бросающегося в бешенстве пса, алый жнец не подпускал его к лестнице и одновременно пытался оттеснить к клетке.
— Грелль! — Нокс кинулся вниз, но Эрик бдительно перехватил его за шкирку:
— Куда, щенок?! Жить надоело?! — жнец устремился на помощь коллеге. Полоснув Цербера пилой по боку, Слингби привлек к себе внимание адского создания; Грелль тут же врезал дверком секиры псу под ребра. Животное заметалось между двумя врагами, не в силах выбрать, кто вкуснее; жнецы успешно заманивали тупого зверя к клетке.
Нокс спустился с лестницы и присел на корточки перед валяющейся на земле цепью. Юноша взял конец цепи и провел пальцем по разрубленному звену.
— Ох и ни хрена же себе у кого-то дурной силищи...
Алан склонился над плечом Рональда:
— Похоже на удар топром.
— Окстись, какой к черту топор, — цепь была толщиной в две руки Нокса, что стажер и продемонстрировал, наглядно приложив цепь к локтю. — Гильотина разве что. Но какой же гад это сделал и главное — зачем?!
— Я бы еще понял, если бы Цербер ее перегыз, — покачал головой Хамфриз. — Сил много, ума мало, заняться нечем... Но кому могло придти в голову такое?! И почему пес не бросился на того, кто разрубил цепь?
— Может, он и бросился, — мрачно предположил Рональд. — Учти, эта тварь ногу быка может сожрать вместе с костями и копытом. Так что может на одного шинигами уже стало меньше... и честно говоря, плакать по этому дураку я не буду.
Над Департаментом пронесся тоскливый вой Цебби, сквозь который стажеры разбрали лязг замков и засовов: Грелль и Эрик все же водворили пса в положенное место. Спустя пару минут наставники вновь появились в поле зрения. Алан вскрикнул и бросился к Эрику:
— Боже мой, что с вами?!
Слингби взглянул на правую руку — сквозь разодраные рукава пиждака и рубашки была видна глубокая рваная рана.
— А, эта тупая скотина таки прихватила меня, когда я замок закрывал... Схожу-ка в лазарет.
— Ох, простите меня, сэр! Это из-за меня...
— Не бормочи ерунды. Я за тебя отвечаю. А боль, при нашей профессии, ты быстро приучишься выносить молча.
— Эй, Алан, держи, — Сатклифф бросил юноше секиру. — Прости, что схватил без разрешения, но как-то не до того было.
Хамфриз уставился на кровавые следы на древке. Конец его был измочален, как старая губка для посуды.
— Это еще что? — сухо осведомился Рональд. Грелль поглядел на ладони, распоротые шипами от церберовского ошейника.
— Тьфу. В запале не заметил.
— А ну в лазарет, живо! — прикрикнул Рон. — Последний ум потерял?! Я найду смотрителя. Алан, гони рысью к Спирсу, скажи, что в Департаменте завелся буйный идиот, и это не мой наставник.
— К Сп-п-п-пирсу? — заикаясь, переспросил стажер.
— Да не убьет он тебя. Он уже с утра мне вставил за дисциплину, за отчет и за девушек, сейчас, наверное, сидит в кабинете, довольный, как удав.
— Он прав, — поддержал Нокса Эрик. — Если у кого-то хватило ума на одну такую шутку, то сам черт не скажет, что еще придет в голову дебилу. Надо обезвредить до того, как он пригласит сюда пару сотен демонов на вечеринку.
Алан кивнул, собрался с духом и устремился навстречу опасности.

Смотрителя департаментского зверинца звали Нед Старк. Высокий, сухопарый, чуть сутулый, этот уже "неиграющий" жнец следил за Цербером и сворой адских гончих, которые, по идее, должны были охранять Департамент от вторжения извне. На деле к этим тварям не рисковали подходить даже самые старшие и опытные жнецы; для взаимодействия с подопечными у Старка имелся целый набор палок с крючьями, ампул со снотворным и прочих приспособлений, позволяющий держаться от собак на безопасном расстоянии.
Уильям, в сопровождении Старка, подошел к клетке Цербера. Животное уже напичкали снотворным и успокоительным, поэтому при виде Спирса пес ограничился тем, что влепился со всей дури в решетку, зарычал, вцепился зубами в прутья и затряс дверцу. Шинигами чуть приподнял бровь.
— Так вы говорите, что снотворное и успокоительное уже подействовало?
— Так а то, сэр! Тут часа полтора все ходуном ходило, так он скакал и выл!
— Хммм, — Спирс поправил очки и тронул кончиком секатора обрубленный конец цепи. — Кто мог это сделать? — Цебби тут же попытался ухватить секатор зубами, и Уильям быстро отдернул косу.
— Понятия не имею, сэр. Я так близко к нему не подхожу. Оно как-то жить хочется.
— А кормите вы его как?
— На крюке мясо в клетку просовываю.
— У кого, кроме вас, есть доступ к вашим инструментам?
Старк потер многодневную щетину.
— Так... ни у кого вроде бы?
— Ни у кого или вроде бы?
— А кому эти палки-то нужны, сэр? Ну, ампулы там я еще понимаю, я их в шкаф железный запираю. А арбалеты для них, в общем-то, на видном месте лежат.
— То есть любой, при должной настойчивости, сможет открыть вашу подсобку и взять оттуда...
— Так ведь крюком-то вы цепь все равно не перерубите, — резонно заметил Старк.
— Их могло быть двое. Один держал пса, другой рубил.
— Да кому это надо, прости Господи? Это ж совсем мозгов не иметь — такие фокусы откалывать. И потом, Цебби, он на еду сразу же бросается. Кровищи бы тут было...
— И то верно, — задумчиво сказал Спирс. Если бы не сумасшедший Грелль — кому еще могло придти в голову сделать из Цебби ездовую собаку?! — то стажера Хамфриза уже собирали бы в коробку. Когда Алан в полной мере осознал этот факт, Уильяму пришлось пожертвовать остатками валерьянки. Но кто станет убивать стажера таким образом? Кто вообще станет убивать юношу, который провел в Департаменте двадцать два дня?!
"Ерунда", — подумал Спирс и вслух заметил:
— Я хочу на всякий случай взглянуть на вольеры с адскими гончими.
— Да пожалуйста, сэр. Только днем они спят.
Старк вытащил ключи и направился к вольерам. Уильям шел следом, размышл